?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Читая анализ повести Чехова у tanja_tank? я увидела интересную мысль, которая, по мнению автора блога, была ключевой: сошлись два нарцисса.

И она на мой взгляд, была совершенно права.
Вопрос: кто именно был теми нарциссами?
По мнению Татьяны - это Лаевский и фон Корен. Ну, нормально, у каждого человека может быть собственное мнение, которое каждый из нас изложил.

При этом, по какой-то причине анализируя характеры героев на предмет нарциссического расстройства личности, Татьяна обошла вниманием одну из главных героинь - Надежду Федоровну.
Вот как она ее охарактеризовала:
"Надежду Федоровну не считаю перверзной. Она классическая жертва нарцисса: полубольная, депрессивная, винящая себя в ухудшении отношений и том, что заела жизнь Лаевскому (важный признак!)."

Признак-то, конечно важный. Вот только искреннее ли это самообвинение? При том, что она действительно Лаевского "заела".

В самом начале повести Лаевский, сожитель НФ, жалуется своему другу Самойленко:

"Жить с нею я не могу: это выше сил моих. Пока я с тобой, я вот и философствую и улыбаюсь, но дома я совершенно падаю духом. Мне до такой степени жутко, что если бы мне сказали, положим, что я обязан прожить с нею еще хоть один месяц, то я, кажется, пустил бы себе пулю в лоб. И в то же время разойтись с ней нельзя. Она одинока, работать не умеет, денег нет ни у меня, ни у нее... Куда она денется? К кому пойдет? Ничего не придумаешь... Ну вот, скажи: что делать?"


То есть сам Лаевский, обчитавшийся в свое время Анны Карениной, определенно держит ее за жертву обстоятельств, которой в случае его побега лишь одна дорога - под поезд.
Но почему-то страдания от сожительства испытывает он, а не она.

Разделяет ли сама Надежда Федоровна мнение Лаевского? Действительно ли она жертва нарцисса, несчастная, одинокая, лишившаяся по его вине друзей, подвергающаяся эмоциональному насилию? Тогда почему от нахождения рядом с НФ плохо Лаевскому, а не его сожительнице?

Читаем:
Нелюбовь Лаевского к Надежде Федоровне выражалась главным образом в том, что все, что она говорила и делала, казалось ему ложью или похожим на ложь, и все, что он читал против женщин и любви, казалось ему, как нельзя лучше подходило к нему, к Надежде Федоровне и ее мужу. Когда он вернулся домой, она, уже одетая и причесанная, сидела у окна и с озабоченным лицом пила кофе и перелистывала книжку толстого журнала, и он подумал, что питье кофе - не такое уж замечательное событие, чтобы из-за него стоило делать озабоченное лицо, и что напрасно она потратила время на модную прическу, так как нравиться тут некому и не для чего. И в книжке журнала он увидел ложь.
Он подумал, что одевается она и причесывается, чтобы казаться красивой, и читает для того, чтобы казаться умной.


Что мы видим: Лаевского бесит поведение "подруги", но замечание сделать он не может. Почему? Не потому ли, что Надежда Федоровна не поведется на его попытки давления, а скорее, сделает объектом манипуляций его самого? Неудивительно, что все поведение НФ кажется Лаевскому ложным: она не выдает типичные реакции людей, которых он избрал в качестве объекта извлечения нарциссического ресурса. В результате он бесится, а она тем временем наряжается себе ради чашки кофе и при всей своей болезненности не устает любоваться собой.

Татьяна в своей книге "Бойся, я с тобой" очень убедительно описывает состояние жертвы нарциссов: депрессия и вечное чувство вины, особенно перед манипулятором.
Смотрим, кто же из этих двоих подвержен данному чувству:

"Вялые, тягучие мысли все об одном и том же потянулись в его мозгу, как длинный обоз в осенний ненастный вечер, и он впал в сонливое, угнетенное состояние. Ему казалось, что он виноват перед Надеждой Федоровной и перед ее мужем и что муж умер по его вине. Ему казалось, что он виноват перед своею жизнью, которую испортил, перед миром высоких идей, знаний и труда, и этот чудесный мир представлялся ему возможным и существующим не здесь, на берегу, где бродят голодные турки и ленивые абхазцы, а там, на севере, где опера, театры, газеты и все виды умственного труда. Честным, умным, возвышенным и чистым можно быть только там, а не здесь. Он обвинял себя в том, что у него нет идеалов и руководящей идеи в жизни, хотя смутно понимал теперь, что это значит."

Как видно, Лаевский не просто винит себя в происходящем - ему реально плохо от этих мыслей.

Что мы видим еще?
Надежда Федоровна не работает, сидит дома. От нее как минимум ожидается ведение хозяйства.
Но хозяйство не ведется - дом заполонен мухами, так, что Лаевский, ложась на диван, вынужден закрывать лицо платком, чтоб хоть как-то защититься от насекомых, а к обеду подается какая-то бурда.
И если он не делает замечаний по поводу мух, то за обедом не выдерживает и высказывает недовольство. Но как? Чуть ли не заискивающе:

"В два часа Лаевский и Надежда Федоровна сели обедать. Когда кухарка подала им рисовый суп с томатами, Лаевский сказал:
- Каждый день одно и то же. Отчего бы не сварить щей?
- Капусты нет.
- Странно. И у Самойленка варят щи с капустой, и у Марьи Константиновны щи, один только я почему-то обязан есть эту сладковатую бурду. Нельзя же так, голубка.
Как это бывает у громадного большинства супругов, раньше у Лаевского и у Надежды Федоровны ни один обед не обходился без капризов и сцен, но с тех пор как Лаевский решил, что он уже не любит, он старался во всем уступать Надежде Федоровне, говорил с пою мягки и вежливо, улыбался, называл голубкой."


Очень показательно, что сцены Лаевский закатывал лишь когда "любил" Надежду Федоровну. Разлюбив, стал вежливым и предупредительным, даже когда она показывает свою полную несостоятельность ни как любовница, ни как хозяйка.
С чего бы это? Не с того ли, что он зубы обломал о нее, в попытке извлечь из нее нарциссический ресурс? Смысл тратить энергию на истерики, если в ответ получаешь разборки похлеще собственных?

Читаем дальше и видим: Лаевский продолжает бесноваться при виде сожительницы, а она этого даже не замечает. Знай глотает свой кисель так, что ее глотки слышат все, кто рядом - и даже замечание сделать некому. Напротив, Лаевский, впихнув в себя неприятные ему блюда, еще и благодарит "жертву"

"Когда она с озабоченным лицом сначала потрогала ложкой кисель и потом стала лениво есть его, запивая
молоком, и он слышал ее глотки, им овладела такая тяжелая ненависть, что у него даже зачесалась голова. Он сознавал, что такое чувство было бы оскорбительно даже в отношении собаки, но ему было досадно не на себя, а на Надежду Федоровну за то, что она возбуждала в нем это чувство, и он понимал, почему иногда любовники убивают своих любовниц. Сам бы он не убил, конечно, но, доведись ему теперь быть присяжным, он оправдал бы убийцу.
- Merci, голубка, - сказал он после обеда и поцеловал Надежду Федоровну в лоб."


И вот, Лаевский, совершенно измочаленный совместным обедом, выходит из-за стола, а Надежда Федоровна идет себе купаться.

"Сегодня воскресенье!" - с удовольствием вспомнила Надежда Федоровна.
Она чувствовала себя совершенно здоровой и была в веселом, праздничном настроении. В новом просторном платье из грубой мужской чечунчи и в большой соломенной, шляпе, широкие поля которой сильно были загнуты к ушам, так что лицо ее глядело как будто из коробочки, она казалась себе очень миленькой. Она думала о том, что во всем городе есть только одна молодая, красивая, интеллигентная женщина - это она, и что только она одна умеет одеться дешево, изящно и со вкусом. Например, это платье стоит только двадцать два рубля, а между тем как мило! Во всем городе только она одна может нравиться, а мужчин много, и потому все они волей-неволей должны завидовать Лаевскому.


Вот это нифига себе самомнение у "жертвы нарцисса"! Одета в дешевку, безвкусно (о чем ей впоследствии скажет одна из ее "подруг") - но что при этом о себе мнит!

Что благодаря Татьяне Танк мы знаем о жертвах нарциссов?
Это то, что они настолько плотно приклеиваются к своему энергетическому вампиру, что жертву от него не отодрать.
Мы знаем, что когда нарцисс наконец, бросает полностью выпотрошенный и не способный к отдаче нарциссического ресурса объект - тот даже не чувствует освобождения, хочет любой ценой вернуть своего мучителя, без которого ему еще хуже.

Сравниваем с Надеждой Федоровной:

"Она радовалась, что Лаевский в последнее время был с нею холоден, сдержанно-вежлив и временами даже дерзок и груб; на все его выходки и презрительные, холодные или странные, непонятные взгляды она прежде отвечала бы слезами, попреками и угрозами уехать от него или уморить себя голодом, теперь же в ответ она только краснела, виновато поглядывала на него и радовалась, что он не ласкается к ней; Если бы он бранил ее или угрожал, то было бы еще лучше и приятнее, так как она чувствовала себя кругом виноватою перед ним. Ей казалось, что она виновата в том, во-первых, что не сочувствовала его мечтам о трудовой жизни, ради которой он бросил Петербург и приехал сюда на Кавказ, и была она уверена, что сердился он на нее в последнее время именно за это. Когда она ехала на Кавказ, ей казалось, что она в первый же день найдет здесь укромный уголок на берегу, уютный садик с тенью, птицами и ручьями, где можно будет садить цветы и овощи, разводить уток и кур, принимать соседей, лечить бедных мужиков и раздавать им книжки; оказалось же, что Кавказ - это лысые горы, леса и громадные долины, где надо долго выбирать, хлопотать, строиться, и что никаких тут соседей нет, и очень жарко, и могут ограбить. Лаевский не торопился приобретать участок; она была рада этому, и оба они точно условились мысленно никогда не упоминать о трудовой жизни. Он молчал, думала она, значит сердился на нее за то, что она
молчит.
Во-вторых, она без его ведома за эти два года набрала в магазине Ачмианова разных пустяков рублей на триста. Брала она понемножку то материи, то шелку, то зонтик, и незаметно скопился такой долг.


Как видим, Надежда Федоровна не только за все эти два года не велась на манипуляции Лаевского - она сама активно манипулировала им. Это не он шантажировал ее тем, что бросит на Кавказе, одинокую и обесчещенную, а она - что свалит или вообще покончит собой. То есть она не просто демонстрирует нарциссические черты. Она совершенно очевидно считает себя Неотразимой, без которой жизнь может остановиться, если она лишит Лаевского своего драгоценного общества. И при этом, вместо того, чтоб всячески угождать ему и ублажать его в ущерб своим интересам, как пристало жертве нарцисса, она еще втихую наградила его неслабым таким долгом.

И еще главное отличие самочувствия Нф от Лаевского: при том, что она вроде бы испытывает вину перед ним - эта вина никак не мешает ей радоваться жизни и ждать от оной все новых и новых радостей. Тогда как Лаевского чувство вины тяготит, вгоняет в депрессию и слабость </b>


Есть в Надежде Федоровне еще одна типично нарциссическая черта - это отсутствие моральных устоев.
Мало того, что она изменила мужу, она, и без того живя в блуде, осуждаемом тогдашним обществом, дает интимные свидания местному полицейскому приставу. Причем добровольно, это потом он, поняв, что им пытаются просто поиграть, дает жесткий отпор (видно по работе со всякими приходится дело иметь, его нарциссами не напугаешь) и начинает шантажировать героиню.

"В-третьих, она уже два раза в отсутствие Лаевского принимала у себя Кирилина, полицейского пристава: раз утром, когда Лаевский уходил купаться, и в другой раз в полночь, когда он играл в карты. Вспомнив об этом, Надежда
Федоровна вся вспыхнула и оглянулась на кухарку, как бы боясь, чтобы та не подслушала ее мыслей. Длинные, нестерпимо жаркие, скучные дни, прекрасные томительные вечера, душные ночи, и вся эта жизнь, когда от утра до вечера не знаешь, на что употребить ненужное время, и навязчивые мысли о том, что она самая красивая и молодая женщина в городе, и что молодость ее проходит даром, и сам Лаевский, честный, идейный, но однообразный, вечно шаркающий туфлями, грызущий ногти и наскучающий своими капризами, - сделали то, что ею мало-помалу овладели желания и она как сумасшедшая день и ночь думала об одном и том же. В своем дыхании, во взглядах, в тоне голоса и в походке она чувствовала только желание; шум моря говорил ей, что надо любить, вечерняя темнота - то же, горы - то же... И когда Кирилин стал ухаживать за нею, она была не в силах и не хотела, не могла противиться и отдалась ему...
Теперь иностранные пароходы и люди в белом напомнили ей почему-то огромную залу; вместе с французским говором зазвенели у нее в ушах звуки вальса, и грудь ее задрожала от беспричинной радости. Ей захотелось танцевать и говорить по-французски.
Она с радостью соображала, что в ее измене нет ничего страшного. В ее измене душа не участвовала: она продолжала любить Лаевского, и это видно из того, что она ревнует его, жалеет и скучает, когда он не бывает дома. Кирилин же оказался так себе, грубоватым, хотя и красивым, с ним все уже порвано и больше ничего не будет. Что было, то прошло, никому до этого нет дела, а если Лаевский узнает, то не поверит."

Н
емного погодя, получив известие о смерти мужа и предложение от подруги, Марьи Константиновны, быть свахой на свадьбе с Лаевским, Надежда Федоровна пренебрежительно отклоняет ее предложение.

" - Я и не думала об этом, - сказала Надежда Федоровна, освобождая свои руки.
- Это невозможно, милая. Вы думали, думали!
- Ей-богу, не думала, - засмеялась Надежда Федоровна. - К чему нам венчаться? Я не вижу в этом никакой надобности. Будем жить, как жили.
- Что вы говорите! - ужаснулась Марья Константиновна. - Ради бога, что вы говорите!
- Оттого, что мы повенчаемся, не станет лучше. Напротив, даже хуже. Мы потеряем свою свободу.
- Милая! Милая, что вы говорите! - вскрикнула Марья Константиновна, отступая назад и всплескивая руками. - Вы экстравагантны! Опомнитесь! Угомонитесь!
- То есть как угомониться? Я еще не жила, а вы - угомонитесь!"


Как видим, со временем ей мало жрать Лаевского. Он со своими нарциссическими чертами малосъедобный объект, и только более мощные перверзные черты помогают ей использовать его в качестве "еды".
Но куда более аппетитной для нее оказывается вышеупомянутая Марья Константиновна. Она единственная в городе, кто принимает ее в своем доме, но Надежде Федоровне этого пока хватает, чтоб чувствовать свою исключительность.
Что интересно: Марья Константиновна видит гнилую сущность НФ, но не может отказать ей в приеме. И даже, не выдержав посягательств на свое личное пространство, зовет ее на пикник, хотя перед этим дала слово фон Корену не говорить Лаевским о предстоящем мероприятии, чтоб те не портили отдых.

Вот какой видит НФ Марья Константиновна:
"- Вы страшная грешница. Вы нарушили обет, который дали мужу перед алтарем. Вы соблазнили прекрасного молодого человека, который, быть может, если бы но встретился с вами, взял бы себе законную подругу жизни из хорошей
семьи своего круга и был бы теперь, как все. Вы погубили его молодость. Не говорите, не говорите, милая! Я не поверю, чтобы в наших грехах был виноват мужчина. Всегда виноваты женщины. Мужчины в домашнем быту легкомысленны, живут умом, а не сердцем, не понимают многого, но женщина все понимает. От нее все зависит. Ей много дано, с нее много и взыщется. О милая, если бы она была в этом отношении глупее или слабее мужчины, то бог не вверил бы ей воспитания мальчиков и девочек. И затем, дорогая, вы вступили на стезю порока, забыв всякую стыдливость; другая в вашем положении укрылась бы от людей, сидела бы дома запершись, и люди видели бы ее только в храме божием, бледную, одетую во все черное, плачущую, и каждый бы в искреннем сокрушении сказал: "Боже это согрешивший ангел опять возвращается к тебе..." Но вы, милая, забыли всякую скромность, жили открыто, экстравагантно, точно гордились грехом, вы развились, хохотали, и я, глядя на вас, дрожала от ужаса и боялась, чтобы гром небесный не поразил нашего дома в то время, когда вы сидите у нас. Милая, не говорите, не говорите! - вскрикнула Марья Константиновна, заметив, что Надежда Федоровна хочет говорить. - Доверьтесь
мне, я не обману вас и не скрою от взоров вашей души ни одной истины. Слушайте же меня, дорогая... Бог отмечает великих грешников, и вы были отмечены. Вспомните, костюмы ваши всегда были ужасны!
Надежда Федоровна, бывшая всегда самого лучшею мнения о своих костюмах, перестала плакать и посмотрела на нее с удивлением.
- Да, ужасны! - продолжала Марья Константиновна. - По изысканности и пестроте ваших нарядов всякий может судить о вашем поведении. Все, глядя на вас, посмеивались и пожимали плечами, а я страдала, страдала... И, простите меня, милая, вы нечистоплотны! Когда мы встречались в купальне, вы заставляли меня трепетать. Верхнее платье еще туда-сюда, но юбка, сорочка... милая, я краснею! Бедному Ивану Андреичу тоже никто не завяжет галстука как следует, и по белью, и по сапогам бедняжки видно, что дома за ним никто не смотрит. И всегда он у вас, мой голубчик, голоден, и в самом деле, если дома некому позаботиться насчет самовара и кофе, то поневоле будешь проживать в павильоне половину своего жалованья. А дома у вас просто ужас, ужас! Во всем городе ни у кого нет мух, а у вас от них отбою нет, все тарелки и блюдечки черны. На окнах и на столах, посмотрите, пыль, дохлые мухи, стаканы... К чему тут стаканы? И, милая, до сих пор у вас со стола не убрано. А в спальню к вам войти стыдно: разбросано везде белье, висят на стенах эти ваши разные каучуки, стоит какая-то посуда... Милая! Муж ничего не должен знать, и жена должна быть перед ним чистой, как ангельчик! Я каждое утро просыпаюсь чуть
свет и мою холодной водой лицо, чтобы мой Никодим Александрыч не заметил, что я заспанная."



Марье Константиновне настолько неприятна Надежда, что в купальне она заслоняет от нее свою дочь, чтоб защитить от непотребного вида "подруги".
И тем не менее - она принимает эту ужасную женщину в своем доме, водит на светские мероприятия, защищает от негативного мнения города. Это ли не доказательство перверзности Надежды Федоровны?

Но ей уже мало "подруги". Тем более, что та готова сорваться с крючка.

На глаза Надежде Федоровне попадается молодой Ачмианов, сын лавочкика, у которого НФ наделала долгов на триста рублей. Ачмианов неровно дышит к Надежде Федоровне, но ее это не трогает, а внушает совершенно практичные мысли:

"Немного погодя нерешительно подошел Ачмианов.
- Хороший вечер сегодня! - сказал он с легким армянским акцентом.
Он был недурен собой, одевался по моде, держался просто, как благовоспитанный юноша, но Надежда Федоровна не любила его за то, что была должна его отцу триста рублей; ей неприятно было также, что на пикник пригласили лавочника, и было неприятно, что он подошел к ней именно в этот вечер, когда на душе у нее было так чисто.
- Вообще пикник удался, - сказал он, помолчав.
- Да, - согласилась она и, как будто только что вспомнив про свой долг, сказала небрежно: - Да, скажите в своем магазине, что на днях зайдет Иван Андреич и заплатит там триста... или не помню сколько.
- Я готов дать еще триста, только чтобы вы каждый день не напоминали об этом долге. К чему проза?
Надежда Федоровна засмеялась; ей пришла в голову смешная мысль, что если бы она была недостаточно нравственной и пожелала, то в одну минуту могла бы отделаться от долга. Если бы, например, этому красивому, молодому дурачку вскружить голову! Как бы это, в сущности, было смешно, нелепо, дико! И ей вдруг захотелось влюбить, обобрать, бросить, потом посмотреть, что из этого выйдет.


И ведь влюбила бы, обобрала и бросила, если бы между ней и Ачмиановым не встал Кириллин!
Если это не перверзный нарцисс - то пусть мне объяснят, что это такое. По-моему, именно оно и есть.
С одной поправкой - пока еще слабо отточенные навыки манипуляции окружающими. Поэтому пока лишь единицы вроде добряка Самойленко, говорят о ней "Она прекрасная женщина!"
Но ничего, в конце повести она "привела в порядок свою жизнь", прекратив, наконец, сожительство и выйдя замуж. Теперь в глазах света она действительна прекрасна как раскаявшаяся грешница. А значит, ничто не мешает ей обеспечить себя нарциссическим кормом сразу в нескольких источниках, а не только у слабой и безвольной Марьи Константиновны. Которая даже сказав "между нами все кончено", так и не нашла в себе сил оставить Надежду Федоровну одну.

Так что резюме Татьяны о том, что в повести сошлись два нарцисса - верно. Другое дело, что второй нарцисс, на мой взгляд, не фон Корен, а "полубольная и депрессивная". Потому и хочет бежать от нее Лаевский. Не бросить, а именно бежать, спасаться. Потому он просчитался. Анны Карениной из НФ не получилось - ее не удалось засадить дома, поставить в зависимость от себя и жрать, жрать, жрать... Напротив, "бедная и несчастная" два года жрет его самого. А он даже порвать отношения не в силах - чем большее ее ненавидит - тем ласковее обращается.

И закономерный итог - в конце концов связывает себя с ней намертво женитьбой.

Попал мужик

Comments

( 44 comments — Leave a comment )
Irina Novikova
Jul. 18th, 2015 01:06 pm (UTC)
Интересное мнение)))
Надо переварить.
ollako
Jul. 18th, 2015 01:45 pm (UTC)
:)
ultramarine_n
Jul. 18th, 2015 01:18 pm (UTC)
Спасибо Вам за интересные мысли. Недавно, не помню где именно, также наткнулась на тот журнал и последнюю запись. Некоторые вещи показались надуманными. Вижу, Вам тоже. Мне стоит перечитать повесть и составить собственное мнение)
ollako
Jul. 18th, 2015 01:42 pm (UTC)
Ну, я не скажу, что надуманные.
Прост бывает так, что человека цепляет какой-то конкретный эпизод настолько сильно, что именно на его основе и выстраивается понимание характера героя.

В конце концов, кто сказал, что в своем анализе права именно я, а не Татьяна?
Просто я излагаю альтернативное мнение, и мне интересно, что по этому поводу думают другие.
ultramarine_n
Jul. 18th, 2015 01:47 pm (UTC)
"Прост бывает так, что человека цепляет какой-то конкретный эпизод настолько сильно, что именно на его основе и выстраивается понимание характера героя."

По-моему, это и означает, что человек "надумал" о своем) Извините, я не хотела влезать между Вами и Татьяной эдакой бравой поддержкой Вас и это мнение мое личное, да)


(no subject) - ollako - Jul. 18th, 2015 01:54 pm (UTC) - Expand
(no subject) - ultramarine_n - Jul. 18th, 2015 02:11 pm (UTC) - Expand
Irina Novikova
Jul. 18th, 2015 03:53 pm (UTC)
"Прост бывает так, что человека цепляет какой-то конкретный эпизод настолько сильно, что именно на его основе и выстраивается понимание характера героя."

Естественно.
Но это не значит, что какое-то мнение является "надуманным".

Вообще ( ИМХО, но не навязываю) не может быть единственного понимания или единственной интерпретации героя или произведения. Литература хороша тем, что мы читаем книги и каждый выносит свой урок и понимает в силу своего личного опыта. С изменением опыта меняется и восприятие.
Даже тот самый смысл или та самая мораль, которые были заложены автором- не догма.
ollako
Jul. 18th, 2015 03:59 pm (UTC)
Совершенно согласна
sofa_mitru
Jul. 19th, 2015 04:19 am (UTC)
Ну не знаю. По-моему она просто недалекая и аморальная тетка. Сейчас таких битком набито везде.
Не может быть такая концентрация нарциссов на квадратный сантиметр.
А то, что Лаевский с ней мягко обращается - так это потому, что не такой уж он конченый человек и кое-какое чувство стыда у него еще осталось.
ollako
Jul. 19th, 2015 05:42 am (UTC)
Нарциссов и я, и Татьяна, углядели всего двоих. Только разных людей.

"А то, что Лаевский с ней мягко обращается - так это потому, что не такой уж он конченый человек и кое-какое чувство стыда у него еще осталось. "

Тогда он выпадает из числа лиц с нарциссическим расстройством личности.

Хотя я согласна с Татьяной, что расстройство личности у него однозначно есть. Не обязательно нарциссического характера, но тут я беру ее слова на веру.
По крайней мере эта его черта самозабвенно лгать и самому себе верить - определенно показатель неадеквата.
julianikolaeva
Jul. 21st, 2015 03:53 pm (UTC)
Спасибо за интересное обсуждение.
По подсказке Татьяны я посмотрела фильм, с большим удовольствием, а вот Чехова читать не буду. Не люблю с детства - в классе я одна ежилась от дремучей тоски человека, у которого все плохие, всё плохо, стыдно, противно, и выхода нет.
Что касается персонажей - знаете, мне кажется, все правы :) Считать партнера перверзника чисто жертвой - нормальный такой здоровый подход, чтобы уйти от виктимблейминга и начать распутывать хоть с чего-нибудь. При этом в паре из фильма оба хороши. Хейфец был добрее и восхищался красотой, Чехов со своей унылой желчностью описывать мерзкий характер НФ - но как будто у него этот характер рассыпается на части. Я вижу много проекций и каких-то мужских интонаций. Как бывает, когда человек описывает кого-то, ему неприятного, и сквозь попытки быть объективным прорываются наезды и желание унизить.
ollako
Jul. 21st, 2015 04:33 pm (UTC)
Я считаю с некоторых пор, что некоторые произведения классиков надо школьникам давать в виде обзоров. Полностью пусть читают либо в вузах, либо на добровольной основе ижелательно в возрасте постарше. Тогда они будут видеться жизненными, а не унылыми
marissse
Nov. 13th, 2017 06:29 pm (UTC)
Так ведь НФ реально была единственной вдувабельной теткой в городке. И западали на нее не последние пацаны. Так что в этом контексте вполне неотразимая. У каждой не очень страшной женщины бывают такие периоды, когда она неотразима и легка, как бабочка. Это такие подъемы настроения в порядке психзащиты, чтобы не скукситься совсем. Обычная в общем она, глуповатая и ветренная бабенка, каждая первая смазливая бабенка такова. Касательно критики "подруг" - некрасивым женщинам вообще сложно понять психологию красивых и окруженных вниманием. Да еще штамп в голове - если тетька не затраханная жизнью страдалица, то обязательно великая грешница. Неа. Ничего там великого и ужасного. Скучающая провинциальная кокетка, от скуки наделавшая глупостев немножко. Аллюзия на Бовари, только пародийная весьма. У НФ не хватило бы силы характера самоубицца или закрутить настоящий роман на стороне.
ollako
Nov. 13th, 2017 08:54 pm (UTC)
Прочитайте произведение внимательно.
Никакой "вдувабельной" она не была. Воспринимали ее как шл.ху, причем ужасно неухоженную и неряшливую - и мужчины, и женщины. И автор, кстати, тоже, который был ни разу не затр.ханная жизнью тетька, а вполне себе презентабельный мужчина.
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 07:17 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 07:52 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 08:02 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 08:35 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 08:53 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 09:02 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:14 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 09:19 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:42 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:17 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 09:24 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:34 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 09:26 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:40 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 08:04 am (UTC) - Expand
marissse
Nov. 16th, 2017 08:00 am (UTC)
Да и сама "чудовищность" Лаевского кажется мне сильно раздутой. Даже автор его таким не считал. Слабым, глуповатым, испорченным средой и нахватавшимся модных идей - это да. Он вел (пытался) на Кавказе обычную жизнь мелкого молодого чиновника, к которой привык в Петербурге. Пьянствовал маленько, маленько краснобайствовал на модные темы, маленько играл в картишки, маленько блудил, да и то утратил к сему интерес, когда "разлюбил". Его пороки приняли гипертрофированный характер от скуки провинции, да и от собственной пустоты тоже.

Судя по всему, они с НФ - небогатые дворяне, изо всех сил пытающиеся быть "интеллигентными", первые потребители всех новых общественных веяний, в том числе - идей половой свободы. Держать любовницу было нормой для дворянина, придавать же этому окраску социального протеста - уже маркер "думающего человека", в нашем случае - начиненного чужими книжными думами.

Заметим, что НФ его не лишена рефлексии по поводу своего положения. А равнодушный вид принимает от беспомощности и растерянности.
Но однако все домогающиеся ее мужчины - этой рефлексии лишены полностью. Никто ее особо не жалеет, не скорбит по поводу и своего грехопадения. Окружающее ее общество ДОВОЛЬНО ЦИНИЧНО. Лишь Лаевский по ней всплакнет иногда сквозь ненависть и скуку.

И еще не забудем, что они оба довольно молодые люди, по нашим меркам почти дети. Ветер там в башке свистит от уха до уха, и это закономерно вполне. Да и жизнь их не била, баловала скорее. Итого ожидаем.
ollako
Nov. 16th, 2017 09:04 am (UTC)
Я не писала о чудовищности Лаевского. Зачем затевать спор, если вы даже не читаете то, на что отвечаете?
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:31 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 09:35 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 09:45 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 10:11 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 10:14 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 10:27 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 10:31 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 10:39 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 10:51 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 11:02 am (UTC) - Expand
(no subject) - marissse - Nov. 16th, 2017 11:01 am (UTC) - Expand
(no subject) - ollako - Nov. 16th, 2017 11:06 am (UTC) - Expand
( 44 comments — Leave a comment )

Latest Month

May 2018
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars