ollako (ollako) wrote,
ollako
ollako

Category:

23 ноября, понедельник. День двенадцатый

Меня опять не пускают к маме – на этот раз и взятка не помогает. Я пытаюсь узнать как она, меня отсылают в справочную, где написано «состояние удовлетворительное». Я ору: какое удовлетворительное, если она даже говорить не может?
Меня посылают к врачу, до которого не дозвониться, потому что в клинике отключены все телефоны. Я снова кричу, что если меня сейчас же не свяжут с лечащим врачом и не пустят к маме – я подниму на уши департамент здравоохранения и прокуратуру. Это клиника, говорю, или концлагерь? Телефон горячей линии тут же дали друзья.
Врач через полчаса вышла ко мне лично. Сказала, что онкологи маму уже осмотрели и вынесли свой вердикт – химию делать поздно, единственное, что можно для нее сделать – перевезти в хоспис. Я не верю – еще 3 дня назад такая серьезная клиника как РОНЦ признала, что химию проводить можно. На что мне отвечают, что рак именно так и протекает – срыв случается неожиданно, после него человек быстро гаснет. В мамином состоянии химию она не перенесет. Я рыдаю и прошу пустить меня к маме.
Меня пускают, но пока я дошла – маму увезли-таки в реанимацию. Там ей должны откачать жидкость из сердечной сумки, чтоб облегчить ей дыхание.
Я жду ее весь день. Часов в 6 вечера мне говорят, чтобы я шла домой – маму оставят в реанимации, куда мне нельзя. Я испытываю одновременно и облегчение, и досаду. Облегчение – потому что в реанимации что ни говори, условия лучше, там хоть кислородная маска для нее нашлась. Досаду – потому что так и не успела ее увидеть, не знаю, действительно ли ей там лучше.
На всякий случай решила еще подождать. И не напрасно – маму все-таки привезли. Она увидела меня, заулыбалась через силу.
- Оленька, как я рада тебя видеть! Ты для меня как реаниматолог, только лучше, потому что добрый. У тебя глаза красные, моя девочка. Ты наверное не спишь совсем?
Я не хочу говорить, что глаза у меня красные не столько от недосыпа, сколько оттого, что я полдня ревела, потрясенная приговором.
- Да, мамуль, боюсь засыпать. Вдруг я засну, а за тобой в это время плохо смотреть будут, - пытаюсь я пошутить.
-Так ты что, по ночам за ними подглядываешь?
-Ага.
Мы прощаемся, я обещаю приехать утром, чтобы уже ее не оставлять, пока не прояснится ее состояние. Этим врачам я не верю. Или не хочу верить.
Позвонила маминой сестре, попросила приехать на помощь. Ира просит отсрочки до конца ноября. И тут я истерично выдаю свой подсознательный страх:
- Ира, приезжай срочно, до конца ноября мама может не дожить!
Ира рыдает и обещает приехать.
Одна из новых подруг по Еве рассказывает о клинике Нейровита, находящейся на территории вожделенного РОНЦ. Говорит, что если у мамы есть хоть малейший шанс выкарабкаться – то помочь ей смогут только там. Если шансов нет – то там помогут не мучиться перед смертью. Дает все телефоны. Я обдумываю предложение, но не решаюсь что-то затевать на ночь глядя. К тому же я еще надеялась что смогу перевезти ее в больницу № 11, где по отзывам, очень хорошее симптоматическое лечение, после которого, как я надеюсь, мама будет в состоянии пойти на химию.
Tags: МАМА
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments